1. Перейти к содержанию
  2. Перейти к главному меню
  3. К другим проектам DW

Контроль общества должен помочь российским заключенным

3 марта 2009 г.

О том, что на самом деле происходит в колониях и СИЗО, судить сложно: законодательная база для общественного контроля была создана лишь в конце 2008 года. ФСИН и правозащитники обвиняют друг друга в предвзятости.

Вид из камеры в тюремный двор
Фото: picture-alliance/ dpa

Россия находится на втором месте в мире по числу заключенных, уступая лидерство лишь США. По данным Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН), на конец 2008 года за решеткой находились 888 тысяч человек - при общей численности населения в 142 миллиона человек. Для сравнения: в 82-миллионной ФРГ в местах лишения свободы и следственных изоляторах находятся 72 тысячи человек. В то время как в Германии число заключенных за последние пять лет сократилось, в России этот показатель непрерывно растет: с 2004 года их стало на 125 тысяч человек больше.

"ФСИН ужесточает режим"

Наталья ЧерноваФото: DW

По данным правозащитников и статистике Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), ситуация в российских тюрьмах в последние годы резко ухудшилась. Многие колонии и следственные изоляторы переполнены, они не отвечают даже минимальным гигиеническим требованиям. В одних помещениях на соседних нарах находятся здоровые и инфицированные туберкулезом заключенные.

Секретарь Союза заключенных России Наталья Чернова считает, что и без того тяжелая ситуация в местах лишения свободы усугубляется действиями сотрудниками ФСИН, которые направлены на ужесточение режима. Как заявила Чернова в интервью Deutsche Welle, администрации многих колоний не только не занимаются проблемами заключенных, но и лишают их возможности выживать самостоятельно, как это было ранее принято в так называемых "черных зонах". В результате бунты в колониях могут перерасти из локального явления в массовое, предупреждает она.

"Совершеннейшая неправда"

Во ФСИН обвинения правозащитников считают несостоятельными. Да, проблемы есть, признает официальный представитель ФСИН Юрий Александров, но они носят лишь единичный характер. "Условия содержания - нормальные, особенно если сравнивать с советскими временами, - сообщил Александров. - Переполненные изоляторы есть в трех-четырех областях. В остальных регионах средняя камерная площадь составляет 4,7 квадратных метра на человека при норме в 4 квадратных метра".

По данным ФСИН, средняя наполняемость российских тюрем и СИЗО - 98 процентов, то есть такая же, как в Германии. Трехъярусные нары и сон в порядке жилой очереди давно ушли в прошлое, равно как и содержание туберкулезников и здоровых заключенных в одном помещении. "Это совершеннейшая неправда, - заявил Александров. - Возможно, были единичные случаи, когда туберкулез был выявлен не сразу, и больной некоторое время прожил со здоровыми заключенными".

ЕСПЧ: проблемы есть

На заседании ЕСПЧФото: picture-alliance/ dpa

Судить о том, каково истинное положение в российских тюрьмах и СИЗО, не берутся и в Amnesty International. Причина - отсутствие систематического общественного контроля, объясняет эксперт правозащитной организации Фридерике Бер (Friederike Behr). "Наших специалистов на территорию колоний и следственных изоляторов не пускают, - заявила Бер. - Представители российских НПО получили такую возможность лишь в конце прошедшего года, когда вступил в силу закон об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания. Так что работа только начинается".

Тем не менее, если судить по той информации, которая периодически просачивается к правозащитникам, а также по искам, поступающим в Страсбург, отрицать наличие проблем в российских колониях и СИЗО невозможно, подчеркнула эксперт. В 2008 году ЕСПЧ признал факты нарушения статьи 3 Европейской конвенции по правам человека в 74 случаях. Не далее как в январе 2009 года Страсбургский суд удовлетворил иски четверых осужденных, которые пожаловались на нечеловеческие условия содержания.

"Жалобы вплоть до Папы Римского"

Представитель ФСИН Юрий Александров убежден: причина кроется не в ухудшении ситуации в тюрьмах, а в том, что заключенные изменились. "Раньше среди них существовал кодекс: если попал за дело, то говорил: "Ну, спалился, начальник. Виноват, наказывай". Сейчас, виноват - не виноват, идет жалоба вплоть до Папы Римского", - сетует Александров.

"Рост числа жалоб, несомненно, связан с бóльшей осведомленностью заключенных о своих правах, - считает представительница AI Бер. - Кроме того, потенциальным истцам сегодня помогают НПО, консультируя их и улаживая за них формальности. Другой немаловажный фактор: эти люди больше не верят в собственную судебную систему, поэтому обращаются в Страсбург".

"Не всякий вор должен сидеть в тюрьме"

Валерий БорщевФото: DW / Sergej Morosow

В одном и правозащитники, и ФСИН сходятся: число заключенных необходимо сокращать, тогда и условия их содержания станут лучше, и работать с ними станет легче. Эксперты уже неоднократно указывали на излишнюю жесткость приговоров, нежелание судей применять альтернативные формы наказания. "Они (судьи - ред.) считают, что вор должен сидеть в тюрьме. Но это ложная позиция, потому что не всякий вор должен сидеть в тюрьме, - считает правозащитник Валерий Борщев. - Подросток, укравший килограмм колбасы или пачку пельменей, не должен сидеть в тюрьме - а у меня такие дела были!"

По данным главы Верховного суда РФ Вячеслава Лебедева, в 2007 году к реальным срокам заключения были приговорены 33 процента осужденных, к условным - 42 процента, остальные - к исправительным работам и денежным штрафам. Для сравнения: в Германии, согласно Федеральному ведомству по статистике, 4 из 5 осужденных наказывают денежными штрафами, остальные попадают за решетку только в 30 случаях из 100. При этом вероятность рецидива находится в прямой связи с жесткостью наказания: среди оштрафованных доля рецидивистов составляет 30 процентов, среди отсидевших - почти 60.

О гуманизации правосудия еще год назад заговорил президент Дмитрий Медведев. Однако соответствующие поправки к УПК были подготовлены лишь в конце 2008 года. Инициатор поправок единоросс Михаил Гришанков уверяет, что в случае их принятия на свободу могут выйти 280 тысяч человек, то есть почти треть "населения" российских пенитенциарных заведений. Правда, дата рассмотрения поправок в Госдуме до сих пор не назначена.

Автор: Татьяна Петренко

Редактор: Борис Банчевский

Пропустить раздел Еще по теме

Еще по теме

Показать еще
Пропустить раздел Топ-тема

Топ-тема

Пропустить раздел Другие публикации DW

Другие публикации DW