Еще в 19 веке французское государство занимало репрессивную позицию по отношению к протестам трудового населения. Легализированы забастовки были в 1864 году. 20 лет спустя организуются первые профсоюзы. До Первой мировой войны профсоюзные движения были радикальными и всегда политическими, находясь в оппозиции к авторитарному правительству. Во второй половине 20-го века они постепенно сближались с правительствами, которые, в свою очередь, проявляли всю большую готовность к диалогу. В 1946 году право на забастовку окончательно вошло во французскую конституцию и используется с тех пор как распространенный способ выражения протеста.

Три фактора французской стачки

Французский политолог Рене Мурио объясняет популярность французских стачек тем, что они привлекают к себе большое внимание со стороны общественности. "Необходимо учитывать три фактора: спонтанность, театральность и генерализация", отмечает политолог.

Спонтанность обеспечивают французские профсоюзы, поскольку здесь действует такой принцип: "Базис решает, профсоюзы действуют". Спонтанная мобилизация создает более бурную картину, чем в Германии. В Германии решение о стачке принимается после длительных переговоров.

Театральность присуща каждой забастовке, отмечает Мурио: "Человек выходит на улицу, он инсценирует, оккупирует, дефилирует".

Характерны для Франции, наконец, большие генеральные забастовки. Этот фактор политолог считает решающим. Во Франции проходит меньше забастовок, чем в других странах, но они крупнее, они объединяют сразу несколько профессиональных групп. Эту традицию положила первая крупная забастовка 1936 года, в которой представители самых разных профессий вступили в совместную борьбу за повышение жалованья. Кульминацией этой совместной борьбы стала забастовка 1968 года, крупнейшая во Франции по сегодняшний день.

Не все французы хотят бастовать

Один фактор остается, однако, часто неучтенным: не все французы одобряют такую форму протеста. Рене Муро констатирует: "Мы разделенная страна. Сильное правое крыло выступает против оккупаций и блокад под лозунгами "свобода труда" и "защита производства". К тому же свои важнейшие ценности Франция завоевала не в уличных сражениях, а методом законодательных инициатив: свободу слова, право на проведение демонстраций. Политолог надеется, что удастся "преодолеть стереотип, согласно которому Францию функционирует только в борьбе". И министерство иностранных дел Франции прилагает усилия в этом направлении, публикуя на своих страницах в Интернете информацию о том, что в Италии и Испании бастуют гораздо чаще, а в США - дольше, чем во Франции.

Французский историк Стефан Сиро признает, однако, что несмотря на все факты, "в сердце французского общества живет определенная любовь к протесту, к демонстрации, к мобилизации". И противостоять этому статистика бессильна.