Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) празднует свой 25-летний юбилей. За четверть века ШОС выросла из регионального объединения в крупную международную организацию. Но расширение состава, конкуренция между участниками и дефицит практических решений все чаще ставят под вопрос ее эффективность.

В Бишкеке 31 августа - 1 сентября пройдет очередной саммит ШОС В основном мероприятии - заседании Совета глав государств-членов ШОС примут участие председатель КНРСи Цзиньпин, президент РФ Владимир Путин, президент Ирана Масуд Пезешкиан и другие лидеры стран-участниц организации.

На сегодняшний день в состав ШОС входят 10 государств: Беларусь, Индия, Иран, Казахстан, Китай, Кыргызстан, Пакистан, Россия, Таджикистан и Узбекистан. Афганистан и Монголия имеют статус государств-наблюдателей при ШОС, еще 15 стран являются партнерами по диалогу.

В преддверии юбилейного саммита Шанхайской организации сотрудничества DW поговорила с экспертами о том, как за 25 лет изменилась организация и ее роль для стран Центральной Азии.

Парадокс ШОС: голоса государств ЦА звучат увереннее, чем раньше

"Шанхайская организация сотрудничества стала одной из первых международных организаций, благодаря которым Центральная Азия обрела международное признание де-факто", - говорит в беседе с DW Айдар Амребаев, политический аналитик из Казахстана.

Собеседник напоминает, что изначально задачей ШОС была борьба с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом. При этом основной акцент делался на урегулирование ситуации в Центральной Азии. По словам Амребаева, страны региона, вступив в ШОС, рассчитывали на большую международную субъектность, а также на решение вопросов трансграничного регулирования, которые тогда были особенно актуальны. Прежде всего речь шла о делимитации и демаркации границ с Китаем, что имело большое значение для Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана.

На тот момент исключительное влияние на эти вопросы оказывала Россия, считавшая себя "эксклюзивным игроком, который обеспечивает безопасность, стабильность и устойчивость в Центральной Азии", вспоминает аналитик. По его словам, тогда и Китай "рассматривал Центральную Азию как некое пространство, относящееся к исключительной компетенции России". Эксперт отмечает, что в то время вопросы, связанные с Центральной Азией, обсуждались преимущественно между этими двумя крупными игроками - Россией и Китаем, поскольку страны региона обладали тогда ограниченным суверенитетом.

Однако, как отмечает собеседник DW, сегодня голоса государств Центральной Азии в ШОС звучат гораздо увереннее, чем раньше. По его мнению, это связано с выходом региона из периферийного статуса в международных отношениях и растущим интересом к нему со стороны других игроков. Кроме того, изменения в положении России, которая уже не может выступать с тех же позиций, что и 25 лет назад, стимулировали центральноазиатские страны к сближению. Государства региона пришли к пониманию, что только консолидированная позиция позволит им отстаивать свой суверенитет и идентичность, а также выстраивать эффективное взаимодействие в условиях международной турбулентности.

Казахстан балансирует между различными центрами силы

Эту тенденцию аналитик иллюстрирует на примере Казахстана, который активно действует не только в рамках ШОС, но и на других международных площадках. Он подчеркивает, что для Китая Казахстан сегодня является одним из ключевых государств на направлении взаимодействия с Западом.

Астана обладает заметным международным авторитетом и участвует как в западных инициативах, сохраняя при этом доверительные отношения с Россией, так и в проектах с участием Китая. Поэтому Пекину важно поддерживать свое присутствие в стране, одновременно развивая сотрудничество с интересующими его партнерами. Казахстану пока удается балансировать между различными центрами силы и сглаживать противоречия, создавая условия для сотрудничества и синергии.

Это касается таких сфер, как добыча редкоземельных металлов, цифровизация и развитие транспортно-логистических коридоров. В частности, Срединный коридор через Казахстан представляет интерес для Европейского Союза как маршрут в обход России. В этом контексте Казахстан может выступать своеобразной площадкой для диалога как между Россией и Западом, так и между Китаем и западными странами.

По мнению эксперта, подобным потенциалом обладает и ШОС. Организация может способствовать снижению противоречий на фоне конфликта между Западом и Россией, а также напряженности в американо-китайских отношениях.

Возможности и ограничения ШОС для стран Центральной Азии

Таджикский политолог Шерали Ризоён также считает, что для стран региона, располагающих молодым человеческим капиталом, критически важными полезными ископаемыми и формирующейся транспортно-транзитной инфраструктурой, разнонаправленное сотрудничество позволяет минимизировать риски зависимости от одного партнера и использовать существующие возможности для устойчивого развития. По его словам, ШОС формирует для государств Центральной Азии "подушку безопасности в нынешних условиях глобальной политики и позволяет соблюдать стратегический баланс в сотрудничестве с крупными и средними игроками". Кроме того, как отмечает политолог, за последние годы другие члены ШОС переосмыслили и расширили сотрудничество со странами региона как в двустороннем, так и в многостороннем форматах. Он добавляет, что значение ШОС для государств Центральной Азии заключается в возможности многостороннего взаимодействия с Китаем, Россией, Индией, Пакистаном и Ираном, которые "продвигают собственную повестку дня и обладают существенным потенциалом в различных сферах".

При этом эксперт из Кыргызстана, согласившийся дать комментарий на условиях анонимности из-за статуса "нежелательной организации" DW в России, обращает внимание на другую сторону этого сотрудничества. По его словам, формально все члены организации могут действовать свободно и беспрепятственно. Решения в ШОС принимаются консенсусом, каждый участник обладает равным правом голоса, а сама организация позволяет странам региона укреплять свою многовекторную политику.

Однако государства Центральной Азии не являются донорами в этой структуре, а скорее выступают получателями инвестиций от двух системообразующих игроков - России и Китая, замечает эксперт. По его мнению, этим во многом объясняется сравнительно ограниченная роль стран региона в реализации проектов и формировании повестки дня. На практике их позиции и инициативы нередко отодвигаются на второй план стратегическими приоритетами более влиятельных участников.

ШОС в режиме ограниченного международного влияния

Между тем Айдар Амребаев отмечает, что расширение ШОС несколько снизило эффективность организации, поскольку в нее вошли государства, находящиеся вне региона и имеющие собственный комплекс нерешенных проблем.

По его мнению, из дееспособной структуры, призванной решать центральноазиатские вопросы, организация постепенно превращается в своеобразный клуб, где проблемы обсуждаются, но практические решения принимаются редко, а региональная повестка размывается. В частности, шанхайский консенсус становится все труднее поддерживать в условиях соперничества между Индией и Пакистаном, которые нередко блокируют инициативы друг друга внутри организации.

Кроме того, по словам аналитика, ШОС фактически находится в режиме ограниченного международного влияния, поскольку "ее голос ослаблен присутствием игроков, которые сами сегодня нуждаются в легитимации". К ним он относит Иран и Россию, находящиеся под международными санкциями.

Новые вызовы и будущее ШОС

В то же время руководитель Центра Азиатско-Тихоокеанских исследований Института перспективных международных исследований в Узбекистане Аббос Бобохонов подчеркивает, что "главный вопрос сегодня заключается уже не столько в том, какие новые возможности может предложить ШОС Центральной Азии, сколько в том, сможет ли организация превратить накопленный политический потенциал в конкретные проекты и работающие механизмы. Именно от этого во многом будет зависеть практическая ценность ШОС для региона".

По его словам, предстоящий саммит в Кыргызстане можно рассматривать как проверку способности ШОС перейти от количественного роста к качественному институциональному развитию.

Эксперт из Кыргызстана, в свою очередь, выделяет несколько ключевых факторов, которые будут определять дальнейший вектор развития ШОС: способность организации к эффективному внутреннему реформированию, что он считает маловероятным; принятие или дальнейшее откладывание решения о создании банка ШОС; а также сохранение координации либо нарастание дисбаланса в позициях России и Китая.

Удастся ли странам Центральной Азии  стать более самостоятельными участниками ШОС, способными продвигать собственную повестку? Пока эксперты сходятся во мнении, что и в рамках Шанхайской организации сотрудничества эти государства продолжают балансировать между интересами крупных игроков.