В МВД Германии заявили, что преступность среди украинских подростков в стране выросла в 10 раз. Анализ DW показывает, что украинские беженцы, наоборот, совершают меньше преступлений, чем выходцы из других стран.
Полицейский с наручникамиФото: David Inderlied/dpa/picture alliance
Реклама
Министр внутренних дел ФРГ Нэнси Фезер (Nancy Faeser) заявила, что в 2022 году, когда в Германию хлынул поток беженцев из Украины, спасающихся от войны, был зарегистрирован рост числа преступлений, в совершении которых подозревают несовершеннолетних украинцев.
"Из почти 1 060 000 беженцев из Украины, нашедших защиту в нашей стране, более трети не достигли 18-летнего возраста. Это видно и по статистике преступлений: в прошлом году у нас было более 3700 детей и молодых людей из Украины, подозреваемых в совершении преступлений. В 2021 году, до путинской войны, их было несколько сотен", - сказала Фезер в интервью изданиям медиагруппы Funke.
DW изучила статистику преступлений, совершенных на территории ФРГ за 2021 и 2022 годы, чтобы выяснить, действительно ли произошел рост преступности среди украинцев, и какие факторы стоит при этом учитывать.
Преступность растет после снятия ковидных ограничений
Всего в 2022 году в Германии были зарегистрированы 5,6 млн преступлений, что на 11,5% больше чем в 2021 году. В МВД ФРГ, однако, предупреждают: резкий рост объясняется отменой коронавирусных ограничений. "Больше вновь обретенной свободы также означает больше возможностей для преступников совершать преступления", - объяснили в ведомстве, представляя статистику за прошлый год.
Этот "посткоронавирусный эффект" особенно проявляется в значительном увеличении числа случаев краж (на 20%), грабежей (на 27%) и преступлений по статьям о нанесении телесных повреждений (на 18-19%).
Преступность среди украинцев и других диаспор
Если к началу 2022 года, согласно официальной статистике, в ФРГ проживали 138 тысяч украинцев, то к ноябрю 2022 года их число увеличилось более чем в семь раз и превысило миллион человек. Что касается иностранцев, не имеющих немецкого гражданства, то согласно опубликованным официальным данным, к началу 2021 года больше всего в ФРГ проживало выходцев из Турции - 1,3 млн человек, на втором месте сирийцы - 787 тысяч, на третьем поляки - 773 тысячи человек. Далее следуют румыны, итальянцы, хорваты, болгары и греки. Россияне (речь идет о тех, кто не имеет немецкого гражданства,) были на девятом месте - 235 тысяч человек, а к концу ноября 2022 года их число составляло 257 тысяч.
Украинские подростки в немецкой школе Фото: Frank Rumpenhorst/dpa/picture alliance
Из этих данных следует, что к концу 2022 года украинцы фактически стали второй по величине диаспорой в Германии. Если сравнить статистику преступлений среди украинцев с сопоставимыми по размеру диаспорами, то получится, что в среднем граждане Украины оказываются подозреваемыми гораздо реже.
Например, согласно официальной статистике Федерального ведомства по уголовным делам ФРГ, граждане Турции в Германии в 2022 году подозревались в совершении 74 тысячах преступлений, сирийцы - 79 тысяч, поляки - 46 тысяч, украинцы - 24,7 тысяч преступлений, россияне - почти в 12 тысячах. Учитывая рост числа украинцев, приехавших в ФРГ в 2022 году, число совершаемых украинцами в Германии преступлений по сравнению с 2021 годом выросло в 2,1 раза - с 11,7 до 24,7 тысяч, следует из подсчета DW. Отдельно при этом можно выделить рост числа преступлений среди украинских подростков.
Реклама
Рост числа преступлений среди детей и подростков
Как сообщили DW в МВД Германии, дети и подростки до 18 лет из Украины в 2022 году подозреваются в ФРГ в совершении 4294 преступлений (с учетом нарушений миграционного законодательства). В 2021 году это число составляло 441. Увеличение числа почти в 10 раз заметно опережает общую тенденцию.
Глава ведомства Фезер связала это с тем, что люди, бежавшие от войны, имеют "ужасный травматический опыт". "Такой опыт насилия может иметь длительный эффект, особенно - у детей и молодых людей", - пояснила она. Другая вероятная причина заключается в том, что число украинских подростков в Германии в 2022 году по сравнению с 2021 годом выросло гораздо сильнее других возрастных групп, ведь большинство беженцев - это женщины с детьми.
До войны в Германии жили 16,5 тысяч украинских детей и подростков. После российского вторжения в Украину это число возросло до 331 тысячи - более чем в 20 раз.
О каких преступлениях идет речь
МВД Германии публикует статистику преступлений отдельно с разбивкой по статьям и отдельно - по гражданству подозреваемых. Более точных данных, в каких именно преступлениях подозревают украинских подростков, в МВД предоставить не смогли.
Всего, по данным ведомства, граждане Украины в прошлом году стали подозреваемыми в 24,7 тысячах преступлений, из которых 4,5 тыс. были связаны с нарушениями миграционных правил. Из данных МВД следует, что больше всего было зафиксировано краж без отягчающих обстоятельств (7725), нанесений телесных повреждений (4560) и различных преступлений, связанных с подделкой документов и денег (3810).
Смотрите также:
Истории украинских женщин, приехавших в Германию после 24 февраля
Они покинули свои дома, спасаясь от войны, не зная, где именно им удастся найти временное пристанище. DW поговорила с несколькими женщинами, уехавшими из Украины после 24 февраля и теперь живущими в Германии.
Фото: DW
Александра уехала из Киева 23 марта. Сейчас живет в Бергиш-Гладбахе: "Я хочу домой, но пока нельзя. Иногда хочется все бросить и уехать в Киев, даже если там бомбят. Здесь тяжело - чужие люди. Я все равно вернусь, когда разрешат. Мы должны сохранить как можно больше украинских жизней, чтобы потом отстроить страну. Эта мысль помогает мне справляться с ситуацией".
Фото: DW
Ее воспоминания: "15 марта я решила, что надо уезжать. Рядом подорвали метро. Я проснулась от того, что стены трясутся. В 7 утра я вышла и домой больше не возвращалась. 23 марта села на поезд во Львов. Ночевала у подруги. 26 марта Львов бомбили. Я сидела в подвале и думала: "Боже, дай дожить до завтра". Во Львове узнала, что волонтер возит до Богумина. Из Чехии уехала в Германию".
Фото: DW
Александра родилась в Кировограде. 19 лет жила в Киеве. "Я жила в хорошем месте, в хорошей квартире, в доме на Подоле, в старом городе, в историческом центре. Работала в IT-компании", - рассказывает она. На фото: дом в Киеве на проспекте Лобановского, недалеко от убежища, где во время обстрелов находилась Александра.
Фото: privat
О первых днях войны, проведенных в подвале, она вспоминает так: "К третьему дню еда начала заканчиваться. У меня не было сил даже резинку для волос завязать. В подвале был туалет и умывальник, можно было помыть посуду, но душ принять нельзя. Еще в подвале все время сидишь, все затекает". На фото: Александра в помещениях подземной парковки.
Фото: Privat
"В Германии все помогают. Волонтеры дали одежду, есть гуманитарная помощь, еда, ежемесячная социальная помощь. Для меня главная проблема - незнание немецкого языка. Во всех ведомствах без немецкого тяжело. Если бы я знала язык, я бы уже работала. У меня только украинский, русский, английский. Непонятно, надолго ли я тут", - говорит женщина в интервью DW.
Фото: DW
Елена уехала с детьми из Киевской области 10 марта. Сейчас живет в Кельне. "Я родилась в Донецкой области. Авдеевка - моя родина. Мы прожили под обстрелами 8 месяцев в 2014-2015 годах. И тут… 24 февраля. Боже, я никогда бы не поверила, что война… Одну войну закончили бы. Я была в шоке, просто не могла поверить". В поселке Клавдиево-Тарасово Елена жила с 2015 года.
Фото: DW
О первых двух неделях: "В самом поселке российских военных не было. Но рядом Буча, Макаров, Бородянка… Там уже обстрелы были страшные. Со всех сторон были русские или украинские военные, и они через нас перестреливались. Я решила, что лучше соберу чемоданы и уеду. Остаться - всем рисковать. Не только жизнями, но и здоровьем моим и детей. Могут искалечить, могут изнасиловать".
Фото: DW
Елену с детьми вывезла незнакомая семейная пара на своей машине. "Слышали, что могут быть российские блокпосты: если не понравится машина, может начаться обстрел. Состояние - комок нервов. Не знала, как посадить детей. Внутри на заднем сидении к дверям машины поставили рюкзаки, хотя понимали, что от пуль это не спасет. Выехали, слава богу, тихо. На дорогах лежали трупы в украинской военной форме".
Фото: DW
"Я перешла границу у Пшемысля. Нас отвезли в лагерь для беженцев. В Польше принимали очень хорошо. В лагере были волонтеры из разных стран. Обычные люди на своих машинах. Нашла переводчика, он познакомил меня с ребятами из Германии. Пауль и Тим - из Кельна. Я решила ехать в Германию". На фото: очереди за гуманитарной помощью в Киевской области.
Фото: privat
Елена считает, что ей очень повезло. "Раньше никогда не была здесь, но это была единственная страна, куда я хотела. Пауль и Тим помогли мне найти жилье. Здесь я чувствую себя хорошо и спокойно. Думаю, что мы останемся в Германии. Дети пошли в немецкую школу, учат язык, я тоже. Мы уже два раза уезжали от войны, хочу, чтобы мои дети выросли в спокойной обстановке", - говорит женщина в интервью DW.
Фото: DW
Татьяна уехала из Харькова 5 марта. Сейчас живет в Бонне. В Украине она провела с ребенком три недели под обстрелами. "Моя 10-летняя дочка была очень напугана, часто плакала и все время спрашивала: "Мама, я же здесь не умру?". Уезжать было страшно, но смотреть на ребенка в таком состоянии сил больше не было", - рассказывает женщина.
Фото: DW
О своем отъезде: "До Львова мы добрались за 5 дней, оттуда - в Польшу. Польские пограничники улыбались, постоянно говорили, что мы теперь в безопасности, помогали нести сумки. Волонтеры встретили нас с игрушками для детей, горячей едой и целыми мешками предметов первой необходимости, объясняли маршруты до Германии". На фото: дочь Татьяны в бомбоубежище.
Фото: privat
Из Польшы Татьяна с дочерью отправилась в Германию: "Мы поехали с большим чемоданом и несколькими сумками. В Берлине на вокзале мы ненадолго зашли в магазин и оставили чемодан на платформе. Когда вернулись, его уже не было. В Бонн мы прибыли 11 марта. Нас с дочкой бесплатно поселили в небольшой комнате в отеле".
Фото: DW
Татьяна благодарна Германии и другим европейским странам за помощь: "Хотя я нахожусь в безопасности, сердце мое осталось в Харькове, с родными и близкими мне людьми. Каждый вечер я читаю новости о том, что снова бомбили, что снова кого-то ранили и есть убитые. Каждое утро обзваниваю тех, кто остался, в надежде, что ответят, скажут, что с ними все хорошо".
Фото: DW
Во время съемок дочь Татьяны пряталась под одеялом. "Моя дочь занимается с психологом, у нее психологическая травма. Она спрашивает, не нападет ли Россия на Германию. Недавно мы шли по улице и услышали петарды. Она прижалась ко мне и кричала, что нужно прятаться. Мои доводы на нее не действуют. Когда она остается в номере одна, то нередко прячется в ванной", - рассказывает женщина.
Фото: privat
Инна рассказывает, что в Германию она с Ксенией приехала к знакомым, которые предложили временно у них остановиться. Дети доучиваются в своих украинских школах в режиме онлайн. Женщины благодарны всем, кто оказывал им помощь жильем и вещами.
Фото: DW
Ксения и Инна уехали из Одессы. "Мы живем в неведении, не знаем, что дальше будет. Мы прекрасно понимаем, что нам придется восстанавливать свою страну. Понятно, что долгое время не будет работы, пострадала экономика, к этому все украинцы готовы. Но если бы какие-то сроки были, а так получается, что никто не понимает, что дальше делать, это самое сложное", - говорят они.
Фото: DW
В интервью DW Ксения вспоминает: "24 февраля пролетело над нашим домом. Скорее всего, сбивали ракеты. Мы до сих пор боимся этих звуков. Дети могут их забыть, но мы никогда не забудем. В городе началась паника. В магазинах люди все сметали, на заправках - очереди. Я позвонила куме. Мы побежали покупать продукты, памперсы. Спали все у нас дома в коридоре на полу. На машине выехали в Приднестровье".
Фото: privat
В Приднестровье Ксения и ее кума Инна прожили две недели. "Из-за того, что Приднестровье слишком пророссийское, мужья сказали нам уезжать оттуда, - говорит Инна. - По дороге сломалась машина, ночевали в Румынии, Венгрии, в Австрии. В Вене волонтеры на вокзале помогли с бесплатными билетами. Из Вены мы уже на поезде ехали в Германию". На фото: сумки, с которыми Инна и ее сын приехали в Германию.
Фото: DW
Инне (на фото) хочется вернуться в Одессу. Ксения добавляет: "Страшно, хочется домой, мы здесь гости, а ехать нельзя, муж категорически не разрешает. Я была пару раз на грани, когда хотелось просто вернуться, несмотря на войну. Я никогда не выезжала из своего города. Если бы муж был бы со мной, я бы, возможно, по-другому себя чувствовала. Он дома, патрулирует нашу улицу".
Фото: DW
20 фото1 | 20
Беженцы из России и Украины: как они живут рядом в Берлине?