Черно-белый мир в огне. Ветер гонит то ли шипы, то ли иголки, которые выглядят как кусочки старых газет с заголовками на русском, немецком, английском и других языках. Очень быстро зрителю становится понятно: заголовки газет - это реальные публикации о вторжении России в Украину. А шипы - это на самом деле клочки шерсти главного героя фильма. У него человеческое тело, он двигается на двух ногах. Но голова у него волчья, мохнатая, покрытая шерстью из газетных вырезок. Человек-волк скулит, плачет, спасается бегством от стремительно наступающей войны.

Именно так выглядит мир анимационного фильма "Время - февраль" ("Still February"). Его создала художница и режиссер анимации Аня Рыжкова (Anya Ryzhkova). Аня родилась в Калининграде, однако еще ребенком переехала в 2007 году с родителями в Германию. Сегодня ее анимационные фильмы показывают на кинофестивалях по всему миру. На прошедшем с 11-14 июня Фестивале молодого кино в немецком городке Санкт-Ингберт "Время - февраль" представили зрителям из Германии. Корреспондентка DW в рамках кинофестиваля встретилась и побеседовала с художницей.

DW: Аня, как ты стала художницей анимации?

Аня Рыжкова: Это связано с переездом в Германию. Когда я приехала, я вообще не говорила на немецком. Я начала много рисовать, и в какой-то момент поняла, что рисунками можно рассказывать истории и можно использовать их как язык. Мне это очень понравилось, и я начала искать, где можно выучиться, потом поступила в Веймарский Университет-Баухаус (Bauhaus-Universität Weimar). Я всегда думала о кино или анимации, и в итоге пришла к анимации. Мне очень важно и интересно говорить о том, что скрыто на первый взгляд, и в анимации для этого очень много возможностей.

- Ты родилась и частично выросла в России, частично в Германии. Сейчас, живя в Германии, ты снимаешь антивоенные анимационные фильмы, тесно связанные с Россией. Кем ты себя ощущаешь?

- Я много думаю об этом, особенно после начала войны, потому что это действительно очень сложно понять. С тех пор как я переехала в Германию, я очень быстро поняла, что уже была какой-то чужой в России, мне это часто говорили. Но и здесь, понятно, я тоже была абсолютно чужой. По-моему, у Касты есть цитата: "я - резидент российской эмиграции" (цитата из песни "Эмигрант эмигранту"- Ред.). Наверное, это я.

Я люблю Россию, но не люблю государство и то, что там сейчас происходит. Я люблю свой город, люблю очень многих людей там и действительно скучаю, и поэтому это - часть меня, которая для меня очень важна. Поэтому я не могу делать другое кино, ведь это то, что болит, что горит.

Искусство из ситуации ужаса и мрака

- Какие анимационные фильмы ты выпустила до "Время - февраль"?

- До войны у меня был фильм по стихотворению "Не выходи из комнаты" Бродского. Потом был фильм "Часть меня" - это история, собственно, меня, переехавшей из России в Германию, и других детей-тинейджеров, которые переехали примерно в таком же возрасте.

Это было до войны, а в 2024 году я сделала фильм "09.01. Беркович". 9 января 2024 года Женя Беркович, политзаключенная в России, произнесла речь, в которой она обратилась к суду в стихах. Меня тогда это настолько вдохновило - из этой ситуации полного ужаса и мрака она смогла сделать искусство. Для меня это звучало настолько сильно, что я сказала: мне нужен перерыв на месяц, я должна что-то сделать, потому что в моем окружении никто об этом не знал. И во мне все горело, мне хотелось, чтобы этот голос был услышан. Пусть даже в моем маленьком кругу, на моем маленьком курсе в университете.

Это было что-то невероятное, потому что у фильма сложилась очень интересная фестивальная судьба. Он был показан в Загребе на одном из самых больших анимационных фестивалей мира, а еще, буквально неделю назад в Лос-Анджелесе выиграл главный приз за студенческую анимацию на кинофестивале Poetry Film Festival.

Мне было важно ездить с фильмом на фестивали, чтобы рассказывать об этой истории. Случай с Женей Беркович много освещали в медиа, но в России очень много политзаключенных, о которых вообще не говорят. У меня есть друг в Лондоне, и он проверил весь английский текст в фильме, потому что для меня было важно, чтобы эту историю понимали именно интернационально.

Когда мир изменился на "до" и "после"

- В фильме "Время - февраль" эта задумка точно удалась благодаря газетным заголовкам на разных языках. В заключительных титрах ты пишешь, что начала снимать его на 14-й день войны, а закончила на 1419-й. Как тебе пришла идея создания этого фильма и как в процессе работы менялась ты сама и твое восприятие ситуации в мире?

- Это тяжелый вопрос. В 2021 году я планировала свой дипломный фильм, и это должен был быть фильм про Калининград, мою родину. Про вот эту всю историю: Калининград, Кенигсберг и идентичность города. Мне было интересно показать, что вот я, как будто бы чужая тут, в Германии, и чужая там, в Калининграде, в России. И сам Калининград - слишком европейский для России, но слишком российский для ЕС. А потом наступил февраль 2022 года, и я поняла, что не смогу сейчас сделать этот фильм. То есть мой мир полностью изменился на "до" и "после".

Было много ситуаций, которые нужно было очень быстро решать. С семьей, которая оставалась на тот момент еще в России, с документами. Думаю, как и у многих. И как вообще делать кино, было непонятно. Весь мир горит.

Но при этом надо было как-то делать диплом, собственно, потому что здесь жизнь продолжалась. Люди, как и прежде, сидели в кафе, пребывали в идиллии, а мой внутренний мир горел, и я не понимала, как это сейчас все соединить. Особенно в первые дни, когда ты постоянно листаешь ленту новостей и надеешься на то, что сейчас кто-то обязательно объявит, что это все закончится, что это все - неправда. И каждый день тебя окружают эти заголовки, эти статьи. Ты что-то читаешь, чтобы просто найти это одно предложение, что это не может быть правдой. И это ощущение, что все медиа вокруг тебя тоже горят. То есть из телефона и ноутбука на тебя обрушивается пожар. Наверное, это чувство послужило главным толчком для создания фильма, потому что он состоит из газет. Весь материал, который был использован в фильме - это вырезки из газет из разных стран.

Мир из газет

- Газетные статьи - это еще и клочки шерсти человека-волка, главного героя в фильме. Но и мир вокруг него, как ты сказала, состоит из них. Как тебе пришла идея создать мир из газет?

- У меня было ощущение, что мой мир состоит сейчас только из этих вот заголовков. Ты надеешься найти там какую-то надежду или что-то хорошее, но никак не можешь, и на самом деле все ужасно. И поэтому мне стало ясно, что мой мир сейчас такой, поэтому мир фильма тоже такой.

И потом был вопрос, какие газеты использовать? Понятно, что я окружена в основном немецкими заголовками. Поэтому, конечно, там больше всего немецких газет. Онлайн-публикации тоже были, но с ними мне пришлось, скажем так, немного импровизировать. То есть я распечатывала их на газетной бумаге, чтобы это все соответствовало эстетике фильма.

Честно говоря, я уже не помню каждую газету. Из российских изданий я очень много использовала "Новую газету". Тогда, в первые дни войны, она еще была доступна, и первые ее выпуски я использовала очень интенсивно. Моя бабушка присылала газеты из Калининграда. Мне они были интересны, потому что я думала: "Ну что, что там сейчас будет?" На самом деле там не было ничего. То есть там писали про картошку, про море, про туристический сезон. И, возможно, там была какая-то одна маленькая статья, что что-то там происходит в Украине. Меня, конечно, это очень поразило. То есть, даже если бы я хотела использовать эти газеты в фильме, я бы не смогла, потому что там ничего не было.

- И как удалось осуществить эту задумку технически?

- Технически это покадровая анимация. Чтобы сделать кадры из газет, мне нужно было каждый кадр распечатывать и клеить на нужную статью газеты. То есть это была действительно ручная работа. Каждый кадр распечатывался, вырезался, клеился на газету, снова вырезался и потом клался под камеру. Как перекладка. Но в общем, это все выглядело так разнообразно, что надо было как-то снова объединить все в один мир, поэтому сверху используется компьютерная обводка. Для особого эффекта анимация сделана в 3D-мире. Чтобы можно было играть с фокусом.

- Газетные тексты появляются в фильме по-разному. В некоторые моменты наступает буквально засилье газетных заголовков. Иногда они размытые, а иногда четкие, и появляется ощущение, будто мы утопаем в этом море строк. Такой эффект был намеренным? Чего ты хотела добиться такой задумкой?

- Да, это было специально так задумано. При этом некоторые заголовки понятны, допустим, только на русском языке, некоторые - только на немецком. Для меня одна из важных сцен, которую поймут только русскоговорящие люди, происходит в самом начале фильма. Сначала там показаны шерсть и отдельные заголовки, которые в принципе понятны на всех языках, а потом сам персонаж просыпается, и в какой-то момент в фокус входит фраза "Тела - то, что осталось от тел, - забрать не удалось. Добраться туда невозможно". Я помню, что это была цитата из "Новой газеты". И она меня тогда очень поразила. В ней весь ужас этой ситуации, и я знаю, что ее поймут только те люди, которые говорят на этом языке. И на нее специально направлен фокус.

В конце фильма все как бы раскрывается - не только фокус, но еще и свет попадает на "24 февраля 2022 года", и там это специально сделано на английском. Чтобы это уже поняли все.

На войне человек становится животным

- Главный персонаж в фильме - то ли человек, то ли волк, то ли волк с человеческим телом. Это символический выбор фигуры?

- У меня было несколько мыслей по этому поводу. Важнее всего было чувство, будто человеческая жизнь полностью потеряла значение. Люди как будто стали куском мяса. К сожалению, так происходит на войне, и это было основным мотивом - все вдруг стали животными.

Персонаж вроде бы весь фильм ведет себя как человек. Он ходит на двух ногах, но в конце ему нужно бежать, спасаться от большой человеческой ноги. И тут ему приходится бежать уже на всех четырех лапах, в общем, бороться за жизнь.

- Этот персонаж - это ты сама или это какой-то собирательный образ человека, который переживает все эти события?

- Конечно, в нем очень много меня, но я думаю, что это и собирательный образ. Эти ощущения нескольких лет войны, особенно первого года. В первое время мы очень много разговаривали. То есть это и разговоры с моими родственниками, и разговоры с друзьями, которых это тоже коснулось.

"Нет войне" от аниматоров

- После начала войны ты стала участницей коллектива художников "Animators against war". Расскажи, пожалуйста, чем занимается этот коллектив.

- "Аниматоры против войны" появились прямо 24 февраля. Это аниматоры из России, которые сначала подписали петицию против того, что происходит. С первого же дня войны, я думаю, мы все пытаемся делать то, что мы умеем - конкретно в этом случае создавать анимацию. Это очень короткие ролики против войны. Чаще всего в конце просто стояла подпись "нет войне", это их объединяло.

В итоге к нам подключилось сообщество аниматоров со всего мира. Это открытое сообщество, в которое может вступить каждый. Достаточно просто прислать анимацию против войны, и она будет опубликована. Я тоже с первого дня создавала ролики и иллюстрации, а позже подключилась именно к сообществу. В России меня не знали как аниматора, ведь я никогда не бывала на российских анимационных фестивалях, у меня не было контактов. Благодаря сообществу я их получила.

"Аниматоры против войны" существуют до сих пор. Сейчас они в основном занимаются темой политзаключенных в России. Делают разные ролики и пытаются, возможно, даже когда-нибудь осуществить большой проект. Фотографии политзаключенных до сих пор публикуются там каждый день. Чтобы они оставались на слуху.

Мой фильм про Беркович был показан в рамках разных мероприятий, связанных с этим сообществом. Особенно в первый год войны было очень много мероприятий, где показывали эти ролики. Сейчас, конечно, все уже поугасло. Многие люди уже устали от войны.

- Да, это правда. Мы устали от войны - это честный ответ, и тем не менее ты сама продолжаешь работать над антивоенными картинами, продолжаешь создавать анимацию. Как ты считаешь, на что способно повлиять искусство во время войны, особенно затяжной, продолжающейся войны?

- Мне кажется, это о человечности. Из-за войны мы как будто вынуждены черстветь, чтобы просто выживать. А искусство помогает чувствовать. Я знаю, что "Время - февраль" - это очень страшный фильм. Это не тот фильм, который хочется посмотреть в пятницу вечером. От него действительно становится плохо, ведь там, к сожалению, нет ничего счастливого, нет хэппи-энда. Но мне кажется, эти слезы, которые подступают к горлу - это то, что делает нас людьми. Поэтому важно продолжать, важно делать что-то и дальше, чтобы просто не зачерстветь.