С начала полномасштабной войны России в Украине в 2022 году Нетребко больше не выступала в РФ, что делает ее приглашение на сцену оперного театра в Германии вполне легитимным. Скандал эксперт Аксель Брюггеман (Axel Brüggemann) видит в другом.

Аксель Брюггеман: В случае с Анной Нетребко у меня двоякое мнение. Лично я не стал бы ее слушать. Но что касается связей с Россией, то для меня ситуация вокруг Анны Нетребко выглядит иначе, чем, например, ситуация с Теодором Курентзисом (Theodor Currentzis). Ведь с момента начала полномасштабной войны и с тех пор, как разгорелась дискуссия о ее связях с Путиным, Анна Нетребко вела себя относительно тихо, больше не бывала в России и не выступала там. Поэтому я воспринимаю феномен Нетребко несколько иначе - не так, как в случае с Валерием Гергиевым, и не так, как в случае с Теодором Курентзисом, который по-прежнему выступает в России и получает от российского государства финансирование для своих оркестров и фестиваля. Мне кажется, здесь явно есть разница. Больше всего меня смущает другое - почему, собственно, Анна Нетребко поет в государственном театре?

- В оперном театре Бонна она будет исполнять две роли: Мими в опере "Богема" - в январе 2027 года, а также Абигайль в "Набукко" - уже в ноябре. Можно воспринимать это как бурю в стакане воды. Но это еще и увеличительное стекло, позволяющее разглядеть суть происходящего, если можно так выразиться.

- Для меня это просто признание банкротства Боннской оперы, если говорить честно. И в данном случае меня беспокоят вовсе не связи Нетребко с Россией. Меня беспокоит другое: задача немецкого театра, получающего финансирование из бюджета города, - создавать увлекательные постановки на местной сцене, поддерживать молодых исполнителей, формируя репертуар и программу, опираясь в первую очередь на собственные ресурсы. А здесь… Я не знаю, но могу предположить, что Анна Нетребко не станет петь за 10 тысяч евро. И если сопоставить сумму ее предполагаемого гонорара с зарплатой состоящей в штате Боннского театра артистки, которая, вероятно, составляет в среднем 3 тысячи евро в месяц, то ситуация кажется мне противоестественной.

С моей точки зрения, подобные выступления наглядно демонстрируют всю абсурдность классической сцены. Мировая звезда получает за один вечер, вероятно, огромный гонорар - в театре, где многие сотрудники работают в относительно нестабильных условиях. И это то, что меня действительно задевает. Не понимаю, откуда это в Бонне. Или выступление Пласидо Доминго в Бонне. Пласидо Доминго, который так же охотно выступает в Абу-Даби и на других мероприятиях, где участвуют российские ведущие и организованных, в том числе Хансом-Йоахимом Фрайем (Hans-Joachim Frey) (Ред. - Ханс-Йоахим Фрай - немецкий оперный режиссер и продюсер, менеджер, с 2017 года работающий в образовательном центре "Сириус" в РФ, а также советником генерального директора Большого театра в Москве с 2013 года), который считается другом Путина.

Не понимаю, откуда в Боннской опере взялась эта тяга приглашать оперных звезд, чье время уже ушло, и платить им, вероятно, бешеные деньги, в то время как театр ведет борьбу за собственное существование. Вы, наверное, слышали, что сейчас в Бонне решается вопрос, сохранится опера в городе или нет. И как же укрепить оперный театр в кризисное время? Этого можно добиться не приглашением увядающих мировых звезд, а благодаря первоклассным постановкам местной труппы.

- В театре считают, что ставят качественные оперы, в которых задействуют всех своих молодых певцов в рамках имеющихся финансовых возможностей. И когда кто-то очень известный ступает на потрескавшийся пол этого театра, это служит в некоторой степени защитной акцией для остальных. Звезда, так сказать, своим величественным пением и самим своим присутствием словно поддерживает эту пришедшую в упадок оперу и способствует созданию некой оберегающей ауры вокруг театра.

- Я это знаю по театру в Бремене, куда время от времени приезжала Монсеррат Кабалье и пела там. Это имело смысл, поскольку она состояла в труппе театра в Бремене (Ред. - Монсеррат Кабалье в начале своей карьеры в течение трех сезонов - с 1959 по 1962 год - являлась солисткой оперной труппы Театра Бремена в Германии). Но, насколько я знаю, Анна Нетребко никогда не являлась членом боннской труппы, а входила в труппу в Санкт-Петербурге. И это за тысячи километров от Бонна. Так что это полный абсурд. Я этого не понимаю. По-моему, подобными мероприятиями должны заниматься частные организаторы. Если концертный промоутер захочет устроить такое выступление в городском концертном зале, и если найдется достаточно немцев, желающих туда пойти - ну что ж, пусть проводит. Но, на мой взгляд, в задачи муниципального театра не входит организация подобных приглашений. При всем уважении, но это ерунда.

- Анна Нетребко стала чем-то вроде "любимого врага" у части музыкальной общественности, и особенно у тех, кто вообще не разбирается в музыке. Справедливо ли это по отношению к ней лично?

- Мне кажется, Анна Нетребко была совершенно наивна в том, что касается России и ее родины. Я думаю, она совершила очень серьезные ошибки, перечислив пожертвования театру в Донбассе, неоднократно появляясь на публике вместе с Владимиром Путиным, выступив на церемонии открытия Зимних Олимпийских игр в Сочи… Она совершила множество ошибок политического и социального характера. Но я должен признать, и считаю это важным: в отличие от других российских артистов, которые по-прежнему выходят на наши сцены, Анна Нетребко сейчас не выступает в России. Прежде всего, я должен сказать, что тот, кто не учится на ошибках и не исправляет их - тот действительно неприемлем. Но я вижу, что Анна Нетребко все-таки сделала соответствующие выводы.