Независимый депутат Горсовета Новосибирска Хельга Пироговавынуждена была покинуть Россию после того, как Следственный комитет РФ (СК РФ) возбудил против нее уголовное дело по статье о "фейках" про российскую армию. Официальным поводом стал ее удаленный впоследствии твит о похоронах погибших в Украине добровольцев. DW Пирогова рассказала о том, как развивается ситуация вокруг ее уголовного дела, как на это отреагировали ее коллеги-депутаты и что делать остающимся в России противникам войны.

DW: Где вы сейчас находитесь и что вам известно о возбужденном против вас уголовном деле?

Хельга Пирогова: Из-за открытого в России уголовного дела я была вынуждена уехать в Грузию. О самом деле мне известно, видимо, то же, что и всем. Потому что вся информация быстрее оказывается в СМИ, чем у моего адвоката. Это касается и уголовного дела, и административного. И это, на мой взгляд, очень некрасиво со стороны государства, хотя и сама ситуация очень некрасивая.

- Какая последняя информация от вашего адвоката?

- У меня на 15 августа назначен суд по административному делу в связи с твитом. Что касается уголовного дела, то у меня 25 июля должен был быть допрос, но я уехала. Пока никаких дальнейших следственных действий от Следственного комитета по уголовному делу не было.

- Вы, в принципе, ожидали что за вашу позицию, за какие-то ваши слова, ваши выступления вас в России начнут преследовать?

- В таком масштабе точно не ожидала. То есть, с самого начала, с 24 февраля, когда началась война, понятно было, что антивоенная позиция будет в России преследоваться. Прецеденты мы видели, и какая-то внутренняя самоцензура работала. Там даже нет слова "война" за что обычно цепляются, там нет никакой недостоверной информации, нет ничего - просто чистые эмоции. И за это не просто уголовное дело, а массовое масштабное преследование на таком высоком уровне. Это безусловно не может не удивлять.

- Вы говорите про тот самый твит, который вы потом даже удалили, но он стал причиной преследования. Если бы вы знали, что возбудят уголовное дело, вы бы стали его удалять?

- Все равно стала бы. Я ведь его удалила не из-за боязни какого-то уголовного дела или еще чего-то. Это были эмоции и когда я остыла, то поняла, что некорректно выразилась, что текст могут неправильно понять. В этом плане действия со стороны силовых структур никакого отношения к удалению твита не имеют.

- Была ли какая-то реакция на произошедшее от ваших коллег-депутатов?

- Да. Было письмо коллективное, точнее назвать это донос, главе Следственного комитета Бастрыкину, в первую очередь, от вице-спикера Законодательного собрания Андрея Панфёрова. И другое аналогичное письмо от коллег по городскому совету депутатов, и от депутатов Новосибирского района. Это из тех, кто решил такую травлю устроить.

Но были и коалиционные депутаты, которые писали мне и поддерживали морально. Это не могло было быть сделано публично, но тем не менее. А еще я ценю, когда мне пишут: "Я не согласен с тобой, но…", и дальше тоже идут слова поддержки. Это отделение моего твита от моей личности, моей деятельности для меня очень ценно.

- Насколько для вас было сложно принять решение об отъезде и как вы это решение принимали?

- Невероятно сложно. Я очень сильно не хотела уезжать из России. Мне хотелось жить в России, работать для России, делать так, чтобы мой город становился лучше, и я невероятно печалюсь от того, что сейчас мои возможности ограничены - они сохранились частично, я продолжаю делать свою депутатскую работу, - но при этом огромный пласт все равно выпадает. Для меня уезжать было очень тяжело, но был выбор: или печалиться, но на свободе, или быть в России, но в СИЗО. Поскольку я на пятом месяце беременности, это сильно ускорило принятие решения. Потому что теперь я ответственна не только за себя, но еще за одного человека. В итоге, буквально за полтора часа все было решено - я уехала, не заезжая домой, практически без вещей.

- Понятно, что сегодня нельзя верить статистике, но, по вашим ощущениям, тех людей, которые против войны, пусть даже не явно, но хотя бы внутренне против, сколько их? Необязательно даже в России, но в Новосибирске, который вы знаете?

- Очень много. Я, например, к тем, кто против войны, отношу еще и тех, кто, допустим, верит телевизору. Но если спросить его: "Ты против войны?", не конкретно той, что происходит сегодня, а в целом, то они, действительно, против. Точнее говоря, я не отношу их к противникам  войны, но и не могу отнести к ее сторонникам. Они просто живут в информационном вакууме, в тех жестких рамках, куда их агрессивно загоняет пропаганда. Им просто кажется, будто все, что им рассказывают по телевизору, - это правда. На самом деле они совершенно добрые, отзывчивые люди, они искренне сопереживают и сочувствуют Украине. И здесь вопрос только в том, как быстро закончится пропаганда. Два дня и эти люди будут говорить: все, что происходит - отвратительно, и признаваться в любви украинцам.

- Как вы думаете, что сегодня можно делать человеку, который против войны и живет при этом в России?

- Во-первых, держаться и помнить, что он не один, что таких людей, действительно, много. Ответ на вопрос: "Что делать?" зависит от того, насколько ты готов рисковать. Понятно, что выходить куда-то сегодня очень рискованно. Но, безусловно, есть огромное количество людей, которые рискуют и выходят на одиночные пикеты даже сейчас. Я безумно восхищаюсь людьми которые рискуют собой вот так и делают то, что считают нужным - они настоящие герои.

Кроме того, есть форматы тихих пикетов, которыми активно пользуются в российских городах. Потому что людям, которые против войны, и вокруг себя видят постоянно эту букву Z, слышат эти ура-патриотические речи и призывы, необходимо понимать, что они не одиноки. А тут какая-нибудь антивоенная надпись на заборе, где-то зеленая ленточка повязана, где-то красная краска символически разлита… Это казалось бы такие маленькие шажочки, но это придает сил и очень важно. Это тоже такой путь - показать, что ты не одинок. В любом случае, надо пытаться удержать себя на плаву и не терять бодрость духа. Это сейчас самое главное. Потому что однажды это все, конечно, закончится и важно просто до конца оставаться человеком.

Смотрите также: