В этом году на Берлинском кинофестивале представлены работы трех российских режиссеров. Среди них выделяется анимационный фильм "Unidentified Nonflying Objects" ("Неопознанные нелетающие объекты") производства Германии. Его создатель Саша Свирский - художник-аниматор с уникальным, узнаваемым стилем. В его полуабстрактных фильмах на первое место выходит не нарратив, а поток художественных образов. Работая с текстурами, формами и цветами, он создает концептуальные пространства, где история рождается во взаимодействии визуальных элементов.

Саша Свирский родился и вырос в селе Советское Руно Ставропольского края. Закончил отделение живописи Ростовского художественного училища и с 2008 года самостоятельно осваивал программы для создания анимации, воплощая собственные художественные миры на домашнем компьютере, и выкладывал небольшие фильмы на сайте аниматоров-любителей. Позднее на его работы обратил внимание продюсер Павел Мунтян и в 2011 году отправил фильм Свирского "Как скала" на важнейший российский анимационный фестиваль в Суздале. Жюри тогда не удостоило картину наградами, но многие профессионалы отметили появление яркого самобытного автора. С 2013 года Саша работает вместе с женой и продюсером Надей Свирской. После начала войны в Украине творческий тандем покинул Россию и переехал в Берлин.

2025 год для Свирского как для режиссера сложился успешно: он стал участником и лауреатом ряда престижных фестивалей, а на смотре в столице Хорватии Загребе его фильм "Бледные пятна зеленоватого цвета" получил главный приз. В формулировке жюри говорилось о "мощном отражении влияния медиа на общество" и "глубоком, философском и органичном высказывании о нашей связи с медиареальностью".

DW: Вы - российский режиссер, но живете и работаете в Германии. Важна ли для вас национальная идентичность? Чувствуете ли вы связь с российской школой анимации?

Саша Свирский: Я нигде не учился анимации, поэтому странно было бы говорить, что я принадлежу к какой-то конкретной школе. И считать себя немецким режиссером тоже сложно. Наш культурный бэкграунд, безусловно, связан с Россией, но мы хотим оставаться открытыми. Анимация в целом более универсальна. Язык образов и символов не так привязан к национальному контексту, как игровой фильм. Это дает определенную свободу.

Надя Свирская: Этот фильм финансировался Германией, поэтому формально он немецкий. Но это во многом условность. Паспорта у нас по-прежнему российские.

- Можно ли сказать, что анимация позволяет дистанцироваться от политического контекста? 

Саша Свирский: От политики невозможно дистанцироваться. Искусство всегда существует в контексте времени и места. В предыдущем фильме у нас был довольно прямой политический месседж. В этом фильме он не проговаривается явно, но это не значит, что его нет.

Политика не обязательно закладывается намеренно. Она проявляется в том, как ты работаешь с образами, как выстраиваешь взаимодействие со зрителем, какие ожидания создаешь и нарушаешь. Даже абстракция существует в конкретном историческом контексте.

- Это ваш первый фильм на немецком языке. Важно ли было для вас использовать язык страны, в которой вы сейчас живете?

Саша Свирский: Изначально я собирался делать фильм на английском, но текст не звучал органично. Попробовал немецкий - и все встало на свои места. Возможно, потому что фильм - частично про бюрократию, а с немецкой бюрократией мы сталкиваемся в повседневной жизни. Но дело не только в этом. Английский звучал слишком нейтрально, деперсонализированно. У немецкого есть характер, ритм, фактура.

- После просмотра "UNO" хочется задать очень много вопросов, уточнить - о чем он. Как бы вы сами объяснили его идею?

Саша Свирский: У меня нет готовой интерпретации. Обычно смысл формируется во время создания. Я не начинаю с четкой формулы "фильм будет про это". По ходу работы рождаются визуальные решения, образы, интонации, сюжет меняется - приходит понимание, о чем на самом деле этот фильм. 

Но нам также важно, чтобы зритель участвовал в интерпретации. Нет единственно правильного прочтения. Фильм - это повод для коммуникации, для фантазии и ассоциаций.

- Что такое "Неопознанный нелетающий объект"? Как возник этот образ?

Саша Свирский: Первоначально фильм назывался иначе, и это была история про инопланетного секретного агента, который готовит человечество к встрече с пришельцами, хотя сам их никогда не видел. Но в процессе концепция изменилась.

Главный герой превратился в бюрократа, который каталогизирует неопознанные объекты. Чтобы оставаться в сфере его компетенции, эти объекты должны оставаться неопознанными. В каком-то смысле это история про бюрократию неизвестного - про попытку систематизировать то, что ускользает от понимания. И шире - про знание, про то, как оно иногда подменяется формальной процедурой.

- Анимация на Берлинале представлена далеко не так широко, как игровое кино. Какое место она сегодня занимает на кинофестивалях?

Саша Свирский: Индустрия в целом больше сфокусирована на игровом кино - вокруг актеров, звезд, продюсеров. Анимация традиционно находится немного в стороне, как и документальное кино. Но при этом она занимает важное место. В этом году в программе Берлинале - три анимационных фильма, и они участвуют в конкурсе наравне со всеми. Это важно - нет отдельной "резервации" для анимации.

Надя Свирская: Вообще анимация появилась раньше кино. Как говорил Эйзенштейн, кино - частный случай анимации. Сначала был изобретен принцип оживших изображений, а уже потом появился кинематограф. Почему ее мало в программе - вопрос к отборщикам. 

Саша Свирский: Возможно, зрителю проще ассоциировать себя с живыми актерами, чем с нарисованными образами. Но это лишь предположение.

- Последний год для вас был успешным. Значит ли это, что вы успешно адаптировались в новой стране? Что сегодня вас вдохновляет?

Саша Свирский: Награды не обязательно связаны с внутренним состоянием. Когда наш фильм стал получать призы, для нас это было скорее неожиданностью. Вдохновение приходит из разных источников - из книг, фильмов, случайных наблюдений в общественном транспорте. Главное - иногда отрываться от привычного.

- Это уже ваш третий фильм на Берлинале. Что значит для вас этот фестиваль?

Саша Свирский: Фестиваль - это возможность выйти из привычного режима. Обычно я сижу дома и работаю. А здесь - встречи, разговоры, новые впечатления. Иногда полезно вырваться из рутины.

Надя Свирская: Мы вспоминали, как в первый раз вообще долго не решались подаваться на конкурс - нужно было платить взнос, он составлял 70 евро за короткий метр. Когда живешь в России, это ощутимая сумма, и кажется, что шансов, что твой фильм возьмут на такой престижный фестиваль, мало.

Теперь понимаем, что это была правильная инвестиция. Берлинале помог нам познакомиться с коллегами и профессионалами из индустрии, наладить добрые отношения. Наши фильмы получили немецкую дистрибуцию, их можно смотреть на платформе FilmFriend - это библиотечный онлайн-сервис в Германии.

Когда мы подавали документы на ВНЖ, фестиваль тоже нас поддержал - написал письмо, что знает нас и ждет новых фильмов. Такие вещи имеют значение.

- Как вы переживаете эмиграцию и бюрократические сложности?

Саша Свирский: Это фрустрирует. Но мы вдвоем, и нам легче. В Москве нам, кстати, тоже было непросто - мы оба не москвичи и это влекло соответствующие проблемы.

Когда фильм попадает на Берлинале или получает приз, это немного компенсирует трудности. Появляется ощущение, что ты не зря проходишь через все это.

Надя Свирская: В Берлине много художников, режиссеров, аниматоров, чувствуется поддержка коллег. С одной стороны, здесь высокая конкуренция, фонды небольшие, но при этом есть солидарность. Работы Саши, например, часто покупают другие художники. Это очень трогательно - ощущение, что тебя поддерживает профессиональное сообщество.